Даниил Кольцов (watanabe_cdg) wrote,
Даниил Кольцов
watanabe_cdg

Category:

Священномученик Илия (Громогласов)

Священномученик Илия (Громогласов)

Священномученик Илия (Громогласов)
1869–4.12.1937
Архимандрит Дамаскин (Орловский)
Журнал "Фома" | №12 (200) лекабрь 2019

5 декабря Церковь празднует память священномученика Илии (Громогласова)

После того как Патриарх Тихон опубликовал послание, в котором отлучались от Церкви бесчинствующие большевики, Илья Михайлович, выступая на Поместном Соборе Российской Православной Церкви, сказал: «Единственная надежда наша не в том, что будет у нас земной царь или президент — как угодно его назовите, а в том, чтобы был Небесный Царь — Христос: в Нем одном нужно искать спасения. Вместе с вами я благоговейно преклоняюсь перед мужественным и суровым словом Патриарха, которое давно пора было сказать. Не скрою, что у меня был момент недоумения, вызванного тем, что Патриаршее послание появилось накануне возобновления соборных заседаний, как будто Патриарх желает отмежеваться от Собора, от всецерковного представительства. Но, вдумываясь глубже в это обстоятельство, я склонен видеть объяснение его в том, что Святейшему Патриарху угодно было лично на себя принять все последствия, какие могут произойти в связи с его посланием. Вследствие этого еще больше возрастает и увеличивается чувство благоговейной благодарности за подъятый им подвиг. Однако не следует нам забывать, что по сознанию выдающихся вождей христианской мысли даже Небесный Царь — Бог — не может спасти нас без нас, то есть если мы сами не принимаем участия в совершении нашего спасения. И мы ошиблись бы, если бы полагали, что посланием Патриарха дело закончено и нам нечего больше делать. Я полагаю, что мы должны надлежащим образом определить свое отношение к переживаемым событиям. Мера безумия и беззакония исполнена, и было бы неразумно отказываться от применения самого сильного средства, какое есть у Церкви. У Церкви нет другого, более сильного оружия, чем отлучение. Это — дело великое, но и последнее, что есть у Церкви, кроме надежды на беспредельную милость Божию, и горе нам, если слово отлучения повиснет в воздухе, не наполненное реальным содержанием. И вот, вслед за тем как прозвучало слово Патриарха, очередь за нами как представителями Церкви, которые должны позаботиться, чтобы слово отлучения не осталось направленным в пространство, по неизвестному адресу. Нужно определить твердо и ясно, кто именно те враги Христа и Церкви, против которых поднято это грозное оружие, и — что самое главное, ради чего я и всходил на кафедру, — нужно, чтобы отлучение было реальным, действительным отчуждением, отделением тех, кто всей душой предан Церкви, от ее врагов и гонителей.

Настал момент нашего самоопределения; каждый должен пред лицом своей совести и Церкви решить сам за себя, сказать, кто он — христианин или нет, остался ли он верен Церкви или изменил Христу, верен он знамени Церкви или бросил его, топчет ногами и идет за теми, кто попирает наши святыни».

* * *

вященномученик Илия родился в 1869 году в селе Еремшинский Завод Тамбовской губернии в семье диакона Михаила Громогласова. Первоначальное образование он получил в Шацком духовном училище, в 1883 году поступил в Тамбовскую духовную семинарию, в 1893-м — окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия и был оставлен при ней профессорским стипендиатом. Через год совет Московской духовной академии избрал Илью Михайловича на должность доцента на кафедре истории русского раскола. В 1908 году Илья Михайлович защитил диссертацию, за которую ему была присуждена степень магистра богословия и дана премия митрополита Московского и Коломенского Макария (Булгакова). В 1909 году Илья Михайлович был избран членом-корреспондентом Императорского Московского Археологического общества, в 1910 году — назначен экстраординарным профессором Московской духовной академии на кафедру истории русского раскола.

25 мая 1917 года Святейший Синод включил Илью Михайловича в состав Предсоборного Совета и утвердил членом Поместного Собора Российской Православной Церкви, деятельным участником которого он и стал впоследствии. В декабре 1917 года Собор избрал его в Высший Церковный Совет.

В начале 1922 года Илья Михайлович оставил светскую службу, приняв твердое решение стать священником, что требовало тогда немалого мужества. 18 февраля 1922 года Патриарх Тихон рукоположил его в сан диакона ко храму священномученика Антипы Пергамского на Колымажном дворе в Москве, а через два дня — во священника к той же церкви. Вскоре он был возведен в сан протоиерея.

Через месяц, 22 марта, отец Илья был арестован и заключен во внутреннюю тюрьму ОГПУ, где находился до 14 августа, когда был переведен в Бутырскую тюрьму. На процессе по делу об изъятии церковных ценностей он был приговорен к полутора годам заключения, которое было заменено годом ссылки. Несмотря на изменение приговора, власти продолжали содержать его в Бутырской тюрьме. 2 марта 1923 года он был переведен в Сокольнический исправительный дом, а 8 марта — снова во внутреннюю тюрьму ОГПУ.

После освобождения, 1 августа 1923 года, отец Илья был назначен в Воскресенскую церковь в Кадашах в Москве, а 30 сентября — единогласно избран прихожанами ее настоятелем.

8 марта 1924 года в квартире священника был произведен обыск, а сам он арестован. В заключении отец Илья тяжело заболел и был помещен в инфекционный барак Бутырской тюрьмы и вскоре освобожден. Но следствие по его делу продолжалось, и 19 мая Коллегия ОГПУ приговорила священника к трем годам ссылки на Урал. 28 июня отец Илья был вызван в милицию, где ему было предложено в трехдневный срок покинуть Москву и проследовать к месту ссылки — в Екатеринбург. Зная, что не виновен, отец Илья не терял надежды, что ему удастся остаться в Москве, продолжить церковное служение и закончить свои научные труды. Священник добился приема у прокурора Верховного суда П. А. Красикова, и тот пообещал, что ему будет дана отсрочка, о чем он пошлет телефонограмму в ОГПУ. Через день священника вызвали в ОГПУ и сообщили, что ему дана отсрочка.

Протоиерей Илья Громогласов с прихожанами Воскресенской церкви в Кадашах, Москва
Протоиерей Илья Громогласов с прихожанами Воскресенской церкви в Кадашах, Москва

7 апреля 1925 года скончался Патриарх Тихон. Протоиерей Илья, как знавший его, сказал слово о почившем святителе: «Мы верим и знаем, что он, как непостыдный делатель Церкви, будет стоять пред престолом Всевышнего и ходатайствовать воздыханиями неизглаголанными о Церкви Русской, ангелом которой он был среди нас. И мы верим, что Господь смилуется над Русской Православной Церковью по молитвам Святейшего отца нашего Патриарха Тихона…»
Прошло около месяца после смерти Патриарха, отец Илья был арестован и к нему был применен отложенный приговор — три года ссылки, но начиная уже с 19 мая 1925 года. Сослан он был уже не на Урал, а на Север, в село Сургут Тобольского округа.

1 июля 1926 года отец Илья подал прошение в Президиум Центрального Исполнительного Комитета СССР о досрочном освобождении из ссылки и разрешении возвратиться в Москву. В прошении он писал, что его ссылка явилась результатом недоразумения, что он старый и больной человек, и за время ссылки вследствие суровости здешнего климата, морозов ниже 50 градусов и отсутствия врачебной помощи, его болезненное состояние значительно ухудшилось. Он отбыл более половины срока и хотел бы посвятить остаток дней научным исследованиям, которым отдал тридцать пять лет своей жизни.

Красиков в ответ на его прошение написал, что оставляет решение на волю ОГПУ, но у него нет возражений против выезда священника из ссылки с тем, однако, что ему будет запрещено проживание в шести областях. После этого прошло еще два года, и 13 апреля 1928 года Коллегия ОГПУ вынесла в отношении отца Ильи постановление: «Лишить права проживания в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Одессе, Ростове-на-Дону, означенных губерниях, с прикреплением к определенному месту жительства сроком на три года».

Так отец Илья оказался в Калинине, где служил в то время архиепископ Фаддей (Успенский), которого он знал еще по учебе в академии. Служил отец Илья за Волгой, в храме иконы Божией Матери «Неопалимая Купина», одном из двух незакрытых храмов в городе.

В ночь со 2 на 3 ноября 1937 года сотрудники НКВД арестовали священника. Обыски в те годы сопровождались мелкими грабежами, и кроме личных писем, тетрадей с записями, записных книжек, папки с личными документами, двадцати фотографий, помянника и шести книг, опубликованных им в бытность профессором Духовной академии, у него «изъяли» всё, что представляло хоть какую-то ценность: два наперсных креста с украшениями, наперсный серебряный крест, крест напрестольный, магистерский знак, священнические облачения, крестильный набор из серебра, митру, Библию, служебное Евангелие, семь медалей и значков. Всё, что представляло материальную ценность, было присвоено НКВД, всё, что относилось к духовным трудам, то есть рукописи, документы, книги и фотографии, было сожжено сотрудниками НКВД в печке.

29 ноября отец Илья был допрошен.

— Вы обвиняетесь в том, что, являясь одним из участников контрреволюционной фашистско-монархической организации, существовавшей в городе Калинине, активно проводили свою контрреволюционную деятельность. Признаете вы это? — спросил его следователь.

— Участником контрреволюционной организации я не был, и о существовании какой-либо контрреволюционной организации мне неизвестно, — ответил священник.

— Вы говорите ложь. Следствие настаивает на даче правдивых показаний о вашем участии в контрреволюционной фашистско-монархической организации.

— Ни в каких контрреволюционных организациях я не участвовал.

— Вы в контрреволюционных целях организовали литературный богословско-философский кружок, на котором проводили контрреволюционную деятельность. Признаете вы это?

— Никаким литературным богословско-философским кружком я не руководил и о существовании такового я ничего не знаю.

— Вами, Громогласовым, велась вербовка лиц в контрреволюционную церковно-монархическую группу. Признаете вы это?

— Решительно отрицаю.

— Вы, Громогласов, среди населения города Калинина вели контрреволюционную агитацию за объединение реакционных сил духовенства — тихоновцев, для активной борьбы с советской властью повстанческого характера. Признаете вы себя виновным в этом?

— Этого не было, и я решительно это отрицаю.

— Что вы можете добавить к своим показаниям?

— Добавить ничего не могу.

На следующий день были вызваны на допрос «дежурные свидетели», тесно сотрудничавшие с НКВД обновленцы, и они подписали протоколы, предложенные следователем.

2 декабря тройка УНКВД по Калининской области приговорила священника к расстрелу. Протоиерей Илья Громогласов был расстрелян через день, 4 декабря 1937 года, когда Церковь празднует Введение во храм Пресвятой Богородицы, и погребен в общей безвестной могиле. День его памяти — 5 декабря.



Текст жития священномученика Илии (Громогласова) опубликован в книге:
Игумен Дамаскин (Орловский). «Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Книга 3». Тверь. 2001. С. 410-420
Для желающих приобрести книги: тел.: 8 (916) 032 84 71, e-mail: marinagrad@rambler.ru


Текст процитирован с сайта журнала "Фома": https://foma.ru/svyashhennomuchenik-iliya-gromoglasov.html

Фотографии, иконы и житие священномученика Илии (Громогласова) на сайте Регионального Общественного Фонда "ПАМЯТЬ МУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ".
Tags: Православие, архимандрит Дамаскин, архимандрит Дамаскин (жития), святые
Subscribe

Posts from This Journal “архимандрит Дамаскин (жития)” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments